«Не знать, что случилось до твоего рождения — значит всегда оставаться ребенком. В самом деле, что такое жизнь человека, если память о древних событиях не связывает ее с жизнью наших предков?»
Марк Туллий Цицерон, «Оратор»
история древнего мира
Куманецкий К.

История культуры Древней Греции и Рима

I. Природные условия

Греция четко делится на три части: северную, охватывающую Фессалию и Эпир; центральную, ограниченную с севера Малийским и Пагасейским заливами, а с юга — Коринфским и Сароническим; наконец, южную, т. е. Пелопоннес. В северной части Фессалию от Эпира отделяет могучая горная цепь Пинд. В древнейшие времена обе эти области играли большую роль в формировании греческой культуры, ибо там, продвигаясь с севера на юг, впервые поселились греческие племена. Не удивительно и то, что самый могущественный эллинский бог получил прозвище «Олимпийский» — от названия высочайшей в этих горах вершины, Олимпа (около 3000 м над уровнем моря), на границе собственно Греции. В эпохи, о которых мы располагаем поддающимися прочтению письменными документами, Олимп считался находящимся уже за границей Греции.

В Фессалии возникли древнейшие греческие мифы: ахейская Фтиотида в долине реки Сперхей в южной части Фессалии — родина мифических мирмидонов и героя Ахилла; из Фессалии же легендарный Ясон отправился за золотым руном в далекую Колхиду. Также и Эпир должен был играть немалую роль, если столь большой славой пользовался оракул Зевса в Додоне, где гадали по шелесту листьев священного дуба и где обитали упоминаемые Гомером жрецы Селлы, «не омывающие ног и спящие на земле». Во времена, от которых до нас не дошло письменных памятников, Эпир к греческой культурной общности не относился, был краем диким, который с Центральной Грецией связывала только долина реки Ахелой и который населяли эпирские племена: хаоны, теспроты, молоссы, оресты и др.

Иной была судьба Фессалии, со всех сторон окруженной горами. Здесь на двух плодородных равнинах поселились завоеватели-фессалийцы. Подчинив себе местное население, они превратили его в зависимых крестьян, так называемых пенестов, и частично вытеснили их из долин в окрестные горы. Довольно рано, примерно в VIII в. до н. э., Фессалия распалась на четыре части — тетрады, на смену которым затем, в эпоху Филиппа II, пришли тетрархии. Самыми урожайными были Пеласгиотида на востоке, простирающаяся от области перребов на нижнем Пенее до Пагасейского залива, с городами Ларисса, Краннон, Пагасы, а также Гистиеотида, лежащая на западе, в верховьях реки Пеней. Третьей тетрадой была фтийская Ахея, или Фтиотида, родина Ахилла, отделенная от других областей Отрийскими горами. Наконец, в юго-западной части находилась Фессалиотида с городом Фарсал.

От моря Фессалию отделяли горы — известные из предания о гигантах горы Осса и, далее на юге, Пелион; они тянутся затем через весь остров Эвбея. Нет у Фессалии ни удобного побережья, ни заливов. Не образует залива в своем устье и важнейшая фессалийская река Пеней, прокладывающая себе дорогу между Олимпом и Оссой через великолепную долину Темпе. Долина эта, с зеленью лавров, отливающими красным скалами, пихтами и вечно покоящимся на склонах гор снегом, очаровывала древних: Гораций обессмертил ее как «Земфирами волнуемую Темпе». Фессалийская долина, особенно ее прекрасно орошаемая западная часть, родила много хлеба, так что уже мифические фессалийские властители, как, например, Адмет из «Алкеста» Еврипида, черпали свои богатства в выращивании зерновых и разведении скота. Активная торговля развивалась только на берегах Малийского и Пагасейского заливов, но дующий в тех краях северо-восточный ветер не способствовал судоходству, а тем самым и дальнейшему росту торговли. В сфере политической жизни Фессалия, управляемая аристократией, была особенно заметна лишь в эпоху архаики, когда здесь возник так называемый Фессалийский союз.

Проход из Северной Греции в Центральную ведет через Фермопильский перешеек, лежащий между морем и горами Ойта. Перебраться из одной части страны в другую было нелегко: как известно, в V в. до н. э. триста спартанцев на некоторое время задержали там могучее войско персов.

Пройдя Фермопилы, путник попадал в Центральную Грецию, населенную небольшими горными племенами. Места их расселения обозначали путь, которым они пришли. Так, на берегу Эгейского моря, напротив острова Эвбея, осела часть племени локров — так называемые опунтские локры (от названия главного города — Опунт), отделенные областью фокийцев от локров западных, или осолийских, у которых важнейшим городом была существующая и поныне Амфисса. Для афинянина V в. до н. э. локры были воплощением варварства и отсталости. Во времена, когда в Афинах строились Пропилеи, локры не выпускали из рук оружия, а жители Амфиссы стыдились своей племенной принадлежности и выводили свое происхождение от этолийцев.

Не менее отсталым было и племя фокийцев, осевшее в горах Парнаса (более 2450 м) и Кирфиса. Значительная часть их поселений лежала в долине реки Кефис или вблизи нее. Важнейшим был город Элатея — ключевой пункт на пути в Центральную Грецию. Демосфен в речи «О венке» образно выразил реакцию афинян на весть о захвате Филиппом Македонским Элатеи, говоря, что царь овладел дорогой в самое сердце Греции. Еще большее значение, чем Элатея, имели Дельфы, центр религиозной жизни древней Эллады. Существовал в Фокиде и еще один богатый прибрежный город — Криса, по названию которого и Коринфский залив именовали некогда Крисейским. Но город этот был разрушен еще в первой половине VI в. до н. э.

К северу от Парнаса располагалась самая маленькая область Греции — Дорида, откуда, видимо, и вышли доряне завоевывать Пелопоннес. Площадь ее составляла самое большее 185 км2, т.е. она была в 9 раз меньше Фокиды (около 1615 км2). Продвигаясь из Локриды и Фокиды дальше на запад, достигаем Этолии, области, с которой связаны также древние легенды — такие, как известное предание о каледонском кабане или же сказание о соперничестве двух южноэтолийских городов, Плеврона и Каледона. Во времена, освещенные в письменных памятниках, Этолия, как и Эпир, не включалась в эллинскую культурную общность. Более цивилизованной была Старая Этолия, охватывавшая часть прибрежной полосы между реками Ахелой и Эвен и достаточно плодородную местность к северу от Аракинфских гор. Северная, горная часть области, называемая «Этолия эпиктетос», т. е. «завоеванная», оставалась совершенно дикой. Населяли ее иллирийские племена агреев, эвританов и др. Область эта также сыграла историческую роль, но уже после того, как собственно Греция утратила независимость. Созданный тогда Этолийский союз включал в себя также Локриду, Фокиду, Акарнанию, часть Фессалии и Кефалленские острова.

Переправившись через Ахелой, древний путешественник попадал в Акарнанию, граничившую на севере с Эпиром и простиравшуюся вплоть до Амбракийского залива. Этот край, еще наполовину варварский, населяли главным образом иллирийские племена. Влияния греческой культуры доходили сюда через основанные на побережье коринфские колонии Соллий и Анакторий.

Направляясь же из Фокиды на юг, мы придем в обширную, занимающую почти 3000 км2 Беотию. В ней можно выделить части: северо-западную (окрестности Копаидского озера и долину Херонеи) и южную — окруженную горами долину, где стоял город Фивы. В микенскую эпоху в Беотии были известны два равных по могуществу культурных центра: на севере Орхомен на Копаидском озере; на юге Фивы с дворцом Кадма. Со временем, однако, вследствие заиления каналов, отводивших воду в море, северная часть области заболотилась, что привело к ее экономическому упадку. Главным центром Беотии стали Фивы. На широких равнинах Беотии разыгралось множество сражений; самые важные из них для истории Греции — битвы под Платеями (479 г. до н. э.) и под Херонеей (338 г. до н. э.). Край этот славился превосходной пшеницей; другими источниками богатства были скотоводство и рыболовство на Копаидском озере, знаменитом больше всего своими угрями. На берегах, поросших тростником, всегда можно было найти достаточно материала для изготовления флейт. Напротив, с мореходством и торговлей развитие этой области, как и Фессалии, связано не было, хотя Беотия имела свободный выход сразу к трем морям.
Пройти через горы Киферона и Парнаса в Аттику, лежащую к югу от Беотии, было трудно. Тому мешали как естественные преграды, так и — с V в. до н. э. — крепости Ороп, Декелея, Филы, Панакт и другие, стерегущие вход на афинскую территорию.

Аттика, которой выпало на долю сыграть такую великую роль в истории греческой культуры, обрела себе защиту в горах Киферона и Парнаса; с юго-востока к ним примыкали богатый мрамором Пентеликон и славившийся превосходным медом Гимет. Далее на юг они доходили до мыса Суний с изобилующими серебром горами Лаврион. С точки зрения земледельца, Аттика была, скорее, бедной: зерновые произрастали только на афинской, элевсинской и марафонской равнинах, а также в так называемом месогее («земля, лежащая посредине»), охватывавшем всю территорию между Гиметом, восточным побережьем и Пентеликоном. Самой богатой считалась афинская равнина.

Аттика бедна и водой: лишь река Кефис, сбегающая с гор Пентеликона, может в зимнее время выйти из берегов близ своего устья; Илисс же, стекающий с Гимета, несет с собой мало воды. Зато ценнейшим достоянием края были мрамор, глина, серебро и оливковые рощи. Путь к морю преграждал Саламин, за обладание которым Афины долго воевали с Мегарой и Эгиной. Лишь подчинение Эгины открыло афинянам дорогу к морской торговле.

На узкой полоске земли между Коринфским и Сароническим заливами расположен город Мегара. Миновав Коринфский перешеек, или Истм, являвшийся оборонительной линией Греции, мы вступаем на полуостров Пелопоннес. Пелопоннес имеет собственную горную систему. Центр ее составляет Аркадийская возвышенность — самая обширная на полуострове (5000 км2), представлявшая собой в политическом плане ряд деревенских общин. Юго-восточная часть Аркадии — особый замкнутый край, изолированный от культурных центров, первозданные дубравы над озерами и болотами, где водилось много дикого зверя, особенно медведей. На севере и востоке Аркадийскую возвышенность окаймляют горные цепи Эримант и Киллена, а к югу отходят от нее горы Парнона и Тегета, которым сопутствуют реки Эврот и Памис. Тегет, достигающий высоты 2400 м и покрытый вечным снегом, отделяет Лаконию в долине Эврота от Мессении, находящейся западнее, в долине Памиса. Обе эти области богаты урожаями зерновых, хотя и не в такой мере, как Элида, лежащая на берегах Пенея и Алфея, к северу от Мессении. Здесь самое важное место — Олимпия, у слияния рек Алфей и Кладей, где каждые четыре года проходили всегреческие Олимпийские игры.

К северу от Элиды расположена Ахея, получившая это название от ахейцев, которые поселились там после того, как были разгромлены дорянами. Подобно тому как в VI—V вв. до н. э. наибольшую роль на Пелопоннесе играла Спарта, в более древнюю эпоху господство принадлежало Арголиде: ее многочисленные морские порты делали возможным культурный обмен с Востоком. Именно этим объясняется то значение, которое имела Арголида во времена Гомера. В пределах Арголиды, близ Коринфского перешейка, лежали города Коринф, в эпоху архаики торговавший с Западом, и Сикион, производивший оливковое масло и хлеб, а также окруженная горами Флиунтская долина, славившаяся отличным вином.

Уже в микенский период греки плавали по Эгейскому морю и через острова достигали Малой Азии. В северной части Эгейского моря пролив Геллеспонт через Пропонтиду и Босфор связывает Средиземное море с Черным, которое греки обозначали эвфемизмом «Понт Эвксинский», т. е. «море гостеприимное». Два мыса, один напротив другого, по обе стороны пролива издавна облегчают общение между Европой и Азией. Так же и архипелаги Эгейского моря как бы образуют дорогу от одного континента к другому. В северной части моря эта связь слабее, но и здесь по пути в Азию попадаешь на богатый золотом остров Тасос, находящийся как раз напротив фракийского побережья, а затем на Имброс и Лемнос.

Море не разделяет людей, но соединяет, поэтому греки называют его «понтос»: слово это связано с латинским «понс» — мост. Подлинный мост между Европой и Азией образуют Киклады и Спорады с островами Делос — известным центром культа бога Аполлона, Наксос и Парос — богатыми мрамором, а также Мелос — изобилующим обсидианом.

В южной части Эгейского моря протянулся третий мост — цепь островов от мыса Малея на Пелопоннесе до полуострова Книд на азиатском берегу, включая Киферу, Крит и Карпатос. Это действительно мосты: с одного острова виден другой, безоблачное небо, кажется, уменьшает расстояние, при хорошей погоде прибрежные горы можно разглядеть за 50 миль.

Наиболее изрезанную береговую линию Греция имеет на востоке — это прежде всего побережье Саронического залива со множеством портов и пристаней. Потому-то взоры эллинов были обращены скорее на восток, чем на запад, где удобных пристаней нет, а бурное Адриатическое море менее благоприятно для мореплавателей.

Климат Древней Греции мало отличался от нынешнего. Среднегодовая температура не претерпела изменений с античных времен. Она колеблется от 16 °С в Фессалии, где климат ближе к континентальному, до 19 °С на Кикладах. В Афинах и Спарте температура как раз средняя: 17,7 °С. Атмосферные осадки редки, в западной Греции их выпадает больше, чем в восточной. Недостаточная влажность делает воздух ясным и прозрачным, как об этом прекрасно говорит хор у Еврипида. Флора Греции — типично средиземноморская, а любимые греками платаны и оливки, листья которых украшали головы олимпийских победителей, придают пейзажу неповторимое своеобразие. Древнегреческий ландшафт был немного иным, чем сегодня, ибо голые в настоящее время скалы Пелиона, Парнаса, Киферона и Геликона были тогда покрыты лесами. Как и в наши дни, лишь небольшая часть земель была пригодна для обработки, но, несмотря на это, важнейшим занятием всегда было в глазах греков земледелие, хотя и мореплавание, и торговля также развивались очень успешно. «Если хочешь быть богатым, — говорит Фокилид, — усердно обрабатывай землю: земля — источник богатства». Возделывали почти исключительно пшеницу и ячмень, однако с VI в. до н. э. все более выгодным становилось разводить виноградную лозу и оливки, и эти культуры постепенно вытесняли собой зерновые.

В Греции совсем нет золота: его добывали уже за пределами собственно Греции — на острове Тасос, в Македонии и Фракии. Зато меди греки имели вдоволь, находя ее прежде всего на Эвбее, где название города Халкида происходит от греческого слова, обозначающего медь. Так же, как и в Беотии и Лаконии, добывали и железо, хотя везде оно было невысокого качества. Среди ценных металлов первое место, несомненно, занимало серебро. В VII—VI вв. до н. э. центрами его добычи стали острова Тасос и Сифнос; на доходы с рудников сифнийцы устроили знаменитую сифнийскую сокровищницу в Дельфах. В VI в. до н. э. все большее значение приобретали серебряные рудники в Лаврионе, а с 483 г. — в Маронее, где были открыты крупные залежи этого металла. Доходы от их разработки позволили Афинам построить крупный флот, победить персов, а также добиться гегемонии в Греции V в. до н. э.

Горнодобывающий промысел находился в Афинах в классическую эпоху на высоком уровне развития: там умели необыкновенно искусно отыскивать новые залежи ценных металлов, а глубина шахт достигала 120 м. Еще важнее серебра была для греческого искусства глина, из которой делали кирпичи, но прежде всего керамику — в этом греки добились, как известно, высочайших художественных достижений. Наконец, весьма ценился и камень: благодаря ему возникли со временем греческие храмы, другие памятники архитектуры и скульптуры. Камень всегда находили на месте, его не надо было никуда возить. Дома в Афинах строились из твердого известняка, добытого в ближайших окрестностях; дома на Делосе — из камня, выломанного прямо из гранитного основания острова. Даже при сооружении храмов обходились без транспортировки материалов. В Олимпии святилище Зевса построено из местного известняка; каменоломни Кара, поставлявшие Афинам излюбленный там в VI в. до н. э. травертин, т. е. мягкий известняк, располагались всего в нескольких километрах от города.

Пентеликон, родина мрамора, из которого сооружены Парфенон и Пропилеи, также находится лишь в десяти с небольшим километрах от Афин. Мрамор в Греции добывали во многих местах. В отличие от эпохи эллинизма, предпочитавшей цветной мрамор, классический период имел пристрастие к мрамору белому. Особенно славился полнозернистый мрамор с островов Наксос и Парос, являвшихся в VI в. до н. э. центрами искусства скульптуры. Напротив, в V в. до н. э. чаще всего применяли аттический мрамор. В каменоломнях Пентеликона добывали тогда не менее 400 000 м3 этого ценного камня. Превосходный греческий мрамор поддается тончайшей обработке, что в огромной мере способствовало развитию искусства древней Эллады. Не удивительно, что школы скульпторов процветали в VI в. до н. э. именно на Паросе и Наксосе, а в V в. до н. э. в Афинах.

Источник: Куманецкий К. История культуры Древней Греции и Рима: Пер. с пол. — М.: Высш шк., 1990. — 351 с.: ил. — Пер. изд.: К. Kumaniecki. Historia kultury starozytnej Grecji i Rzymu. Panstwowe Wydawnictwo Naukowe. Polska. Warszawa, 1964.
Чтобы сообщить об опечатке, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
Журнал Labyrinthos - история и культура древнего мира
Код баннера: